Михаил Чванов

Неудобная мысль — 7

Подсчитано: десятки тысяч деревень погибло в послевоенное время в результате лево-троцкистких реформ, направленных на уничтожение русского народа. Но цифры, как ни страшны они сами по себе, не отображают или не выражают всей сути и по сей день действующего сатанинского проекта. Пришел ко мне на днях земляк, башкир, – а для меня все русские, кто болеет за Россию, – молодой учитель истории, с идеей поставить памятные или, скорее, поминальные кресты на территории нашего района на месте умерших, погибших, или, точнее, сознательно убитых русских сел, деревень и хуторов. Почему-то болела у него, башкира, душа по ним – видимо, глубинным нутром понимал он, что вслед за русскими придет конец и его башкирским деревням.

– А есть погибшие башкирские, татарские деревни? – спросил я.

– Пока не погибло ни одной, за исключением нескольких случаев, когда переселяли из-за наводнений, строительства водохранилища, но это гибелью нельзя считать, при переселении ставили новые дома, сохраняли старые названия, – чуть ли не виновато пояснил он, словно извиняясь за гибель русских деревень, хотя оба мы понимали, что не его, башкира, в этом вина, и торопливо добавил, как бы успокоил меня, словно мне будет легче, что погибель ждет не только нас, русских:

– И ныне власть: говорит одно, а делает другое, как при Хрущеве: убирают и из башкирских малых деревень школы, больницы. А ушла школа, считай, деревня погибла. Народ спивается и по причине неясного будущего.

Пометили мы на карте района места погибших русских деревень, как назло, попавшими под руку красивыми красными декоративными булавками. И они кроваво покрыли собой буквально всю территорию района, заслонив собой кружки и точки, обозначающие ещё живые деревни, независимо от их национальной принадлежности. Жутковатая получилась картина, наверное, с полчаса мы, потрясенные, представив на месте булавок могильные кресты, молча стояли перед картой родного района. И я представил: если вдруг отметить все погибшие деревни на карте России, картина откроется еще более жуткая. И, если в соответствии с этой картой, на местах погибших сел и деревень поставить памятные или, скорее, поминальные кресты (потому что уже никогда эти деревни не возродятся), то Россия будет представлять собой огромное – от границ до границ – кладбище, на котором то там, то тут будут возвышаться даже не города – малые и средние города тоже вымирают, у них даже звание «город» уже отобрали, они унизительно называются теперь городскими поселениями, – а жутковатые космополитические мегаполисы, центры по обслуживанию газопроводов и нефтепроводов идущих за границу, которые уже не Россия. А если ещё добавить нынешнюю «оптимизацию» образования, медицины, вступление в ВТО, то скоро можно будет ставить на карте российских деревень последние кресты.

Мы, русские, практически уже почти все – сироты в собственной стране, потому что теперь почти ни у кого из нас, даже из старшего поколения, нет отеческих и тем более уж дедовских гнезд: сёл, деревень и даже кладбищ. Россия представляет собой огромный расхристанный детдом от границ до границ на огромном расхристанном кладбище.

Leave a Comment

Ваш e-mail не будет опубликован.

Top