Михаил Чванов

Повесть «Лестница в небо»

 

                                 Тем, кто вместе со мной первоисследовал крупнейшую пещерную систему Урала – пропасть Кутук-Сумган: Ивану Константиновичу Кудряшову, Евгению Даниловичу Богдановичу. Анатолию Горину, Владимиру Камалову, Николаю Безроднову, Эдуарду Нигматуллину, Александру Петрашу, Александру Жаркевичу, Владимиру Книссу…

А так же тем, кто уже после нас погиб в этой пропасти

 Результаты раскопок в ущелье Олдовай в Танзании наводят на мысль, что в Восточной Африке существа, подобные homо егесtus, появились около миллиона лет назад, а спустя какое-то время часть из них направилась на север. Причина этой миграции неизвестна. Бесспорно одно: голод им ни грозил, так как в то время африканский континент повсеместно отличался обильной фауной, которая сохранилась ныне лишь в самых богатых заповедниках. Вернее предположить, что это был процесс, объясняющийся, скорее, понятным, нам стремлением двигаться вперед, предпочтительно в неизведанное.

Джон Пфейфер, археолог

 

— Будь я один на свете, — говорит Прево,- я бы лег и не двигался.

Антуан де Сент-Экэюпери Част I

КРАСНЫЙ ОСИНОВЫЙ ЛИСТ

 

Последние хлопоты. Разбросанные по стульям, по полу веревки, связки скальных крючьев, мотки лестниц,..

Бутылки сухого вина на столе. Собрались все, только нет Толи. Он все еще не приехал, но я не беспокоюсь, он примчится на вокзал в последние минуты перед отправлением поезда. Он всегда так – появляется в самый последний момент. Я уже привык к этому.

Я сижу у стола один. Меня некому провожать’. Чтобы не быть неловким свидетелем чужого счастья, отворачиваюсь к окну. Невольно прислушиваюсь к голосам за спиной.

— Берегись. Одевайся теплее. На ночь надевай носки, которые я связала.

— Не пей сырую воду! Ешь вовремя.

— Пиши каждый день.

Голоса сухи от волнения, и ребята поспешно со всем соглашаются. Я даже не узнаю их: до того они послушны и предупредительны.

Смотрю в окно и грустно улыбаюсь. Потому что знаю: ребята забудут все наказы, как только переступят порог. Потому что уже завтра эти наказы будут не только невыполнимы, но даже бессмысленны. Потому что у Дороги своя любовь. Потому что уже через несколько дней ребятам придется глохнуть под тяжестью рюкзаков, а на привалах они будут жадно хватать губами студеную воду ручьев, а то и тухлую жижу болот. А носки Володя спалит, задремав у костра после трудного перехода, а вторые отдаст Рудику, который под землей вымокнет под ледяным водопадом и будет замерзать. А письма Аксенов не будет писать каждый день: много суток он будет отрезан от земли стопятидесятиметровой толщей мертвого камня.

И я подумал: это хорошо, что женщины не знают сути нашей работы. Так им легче будет ждать. И еще я подумал, что это, наверно, даже необходимо для общей пользы дела, что меня некому провожать.

Вчера я столкнулся с Валериной матерью. Днем я никогда не прихожу на эту улицу, но вчера — перед новой дорогой — решил проститься с родным городом и неожиданно для себя оказался перед Валериным домом.

Увидев ее, я попытался спрятаться за угол, но было уже поздно. Улыбающаяся, с растрепанными седыми волосами, она тяжело перебежала улицу и схватила меня за рукав и, испытующе глядя в глаза, спросила:

— Вы, случайно, не знаете, когда вернется Валерик?

Я молчал. Я молчал и от самой макушка до пят покрывался холодным потом.

Тогда она, счастливо улыбаясь, ответила сама себе:

— Вчера получила от Валерика письмо. Оно сейчас лежит на подоконнике. Он пишет, что скоро вернется. Вы придете его встречать?

— Конечно, — растерянно выдавил я.

Мне хотелось броситься от нее в первую попавшую подворотню, но она крепко держала меня за рукав и все повторяла:

— Обязательно приходите.

Потом из ворот вышел ее муж, седой и сгорбленный старик, молча и неприязненно оглядел меня, взял ее за руку, силой повел в дом. Она все оглядывалась и махала мне рукой:

— Валерик будет очень рад. Приходите.

Валера погиб в Медвежьей пещере три года назад. Утонул в подземной реке, в сифоне*: застряла в щели страховочная веревка. Все, может, кончилось бы иначе, не вырони он из рук ножа… Четыре часа ребята делали ему искусственное дыхание, они все еще верили в чудо, но чуда не случилось.

*Сифон — участок подземной реки или озера, в котором свод смыкается с водой. Преодолеть сифон можно, лишь погрузившись в воду с головой.

Нельзя сказать, что мы с Валерой  были большими друзьями, просто работали в одной экспедиции, и, кроме экспедиционных дел, ни о чем другом у нас не хватало времени поговорить. В последний год я был его заместителем, и, как по наследству, что ли, мне достались от него должность начальника партии и его альпинистский карабин — овальный стальной треугольник, служащий для взаимной страховки идущих в одной связке людей, — который мы через год случайно нашли в подземной речке рядом с сифоном.

1 комментарий

  1. Как все хрупко в этом мире, как и сама жизнь. Человек принимает этот дар Божий, ценит его, но… не бережет. Царство Аида. Пропасть. От одного слова содрогнешься. Реальность тяготит. Давят тяжелые мысли. Будет ли еще в твоей жизни та тропа, умытая росой, светлые березовые перелески…
    «Лестница в небо», рассказ М.А.Чванова Читаешь и все ощущаешь настолько реально и зримо! Страх и боль, радость и тихая грусть. И такой наплыв эмоций!!!
    В тот год мы проводили мероприятия «Аксаковские дни на Борской земле» (в Самарской обл.) Случайно, в Управлении культуры у А.В.Репина увидела книгу Михаила Андреевича Чванова «Вверх по реке времени» .Когда я прочла ее, то поняла, какой бесценный подарок я получила! Какого открыла для себя чудесного, талантливого писателя, теплой и сострадательной души и большого мужества человека!
    Спасибо Вам, уважаемый Михаил Андреевич, за ваше бесценные писательские труды, за все благоугодные деяния, во славу и возрождение России нашей.
    А что печально для меня, все это я могла бы тогда сказать Вам лично. Но не подошла, смутил мой ранг простого читателя. Но я надеюсь, что эта встреча все же состоится. Пусть Господь хранит вас на всех путях ваших, Михаил Андреевич!

Leave a Comment

Ваш адрес email не будет опубликован.

Top