Михаил Чванов

Рассказ «Учитель черчения»

В ожидании его я почему-то не мог ничего делать, и поймал себя на том, что волнуюсь. Я напряженно ждал дверного звонка и пытался представить гостя, но не мог…

Вот наконец и звонок, резкий, неожиданный, хотя звонок у меня как раз мелодичный, мягкий, и я ждал его. Я излишне торопливо открыл дверь: передо мной стоял более чем обычный мужчина ниже среднего роста, лет пятидесяти пяти, старомодно и скромно одетый, но сквозь очки на меня смотрели неестественно большие и цепкие, увеличенные линзами глаза, а может, мне это просто показалось.

Услышав историю, как тетради попали ко мне, учитель черчения сокрушенно покачал головой.

— Вы никому их не показывали? — нетерпеливо и настороженно спросил он.

Я не стал от него скрывать.

— N., — коротко сказал я, даже не добавив «академику» или «астрофизику», я решил проверить, хотя бы знакома учителю черчения эта фамилия.

— Академику N.? — вздрогнул он. — И что? — Учитель черчения даже привстал со стула.

— Он ничего не понял, — ответил я уклончиво. Я почему-то не мог выдержать его взгляда.

— Что не понял?

— Каким путем вы пришли к этим ответам, — показал я на тетрадь в желтом переплете.

— А другие тетради? — Учитель черчения заметно побледнел.

— Он смотрел только эту тетрадь.

— Почему?

— Она лежала сверху, он ее и взял.

— А что, другие тетради он вообще не смотрел?

— Нет.

— Ну, хорошо! — облегченно вздохнул учитель черчения и полез в карман за носовым платком — у него даже лоб вспотел. — На самом деле не смотрел?

— Ну, я же вам только что сказал!

— Да-да!.. Надо же, закон случая… А может, все же смотрел? — Учитель черчения словно не слышал меня. — Случайно взял самую раннюю, самую безобидную!.. — Покачав головой, он нервно засмеялся. — А эту не смотрел? — снова настороженно спросил он, показав на тетрадь в синем переплете.

— Нет, не успел, — стараясь скрыть раздражение, терпеливо объяснил я. — Мне нужно было уезжать, и я мог опоздать на автобус.

— Да-да!.. Надо же, все дело в автобусе!.. И никаких выписок не делал? — все еще не верил учитель черчения.

— Как же он мог их делать, если даже не брал тетрадей в руки?! Вы что, на самом деле!..

— Да-да!.. Ну, хорошо! — еще раз удовлетворенно повторил он, словно не замечал моего тона. — Вот дурак! — стукнул он себя по лбу. — Это будет тебе уроком! Вот дурак! — говорил он сам себе, словно меня и не было. — Закон случая — положительный вариант… Надо же, все дело в автобусе… N. — это опасно, — сказал он уже мне. — Он сразу мог бы понять, если бы заглянул в другие, более поздние тетради. Тем более — в эту, — ткнул он в синюю. — А тут — так себе, — хлопнул он желтую, — юношеское развлечение на досуге… Так он на самом деле не заглядывал в эту тетрадь?.. Да-да, молчу! — выставил он предупредительно руки. — Простите за назойливость, но для меня это очень важно… Закон случая… Впрочем, я, наверное, зря испугался, — усмехнулся учитель черчения. — Как всякий большой ученый, N. слишком самонадеян, чтобы вникнуть. Простой школьный учитель — и чтобы додуматься до такого! Он, конечно, это назвал бредом сумасшедшего?

— Да, — признался я.

— Ну ладно — хорошо, что все хорошо обошлось, — вместо того чтобы обидеться, удовлетворенно, словно у него гора с плеч свалилась, сказал учитель черчения. — Но все-таки: мое счастье… Впрочем, наше счастье, — подчеркнул он, — что вы случайно дали ему желтую тетрадь. Где ничего, кроме безобидных математических упражнений, нет. Будь он менее самонадеян, он все бы понял… Вот дурак! — снова хлопнул он себя по лбу. — Сколько давал себе слово — никому не показывать этих тетрадей… Тем более когда начинает властвовать закон случая…

— Почему не показывать? — спросил я.

— А? — словно очнулся учитель черчения. — Почему? — усмехнулся он, и я опять не смог выдержать медленного взгляда его больших и внимательных глаз. — В научно-фантастических романах — зря вы их не читаете, хотя в большинстве своем это, конечно, мусор, — сейчас только и пишут об управлении гравитацией в гравитолетах. Об антимирах, об обратимости времени, о телепатии. Это не случайно, фантастика чаще всего предвидит научные открытия. Она как бы интуитивно или инстинктивно, что ли, чувствует их. И, к сожалению, иногда побуждает к их скорейшему открытию. А в моих тетрадях обо всем этом уже есть. В том числе описан принцип работы гравитолета. И постройка его реальна уже при современной технологии — да-да! Управляя гравитацией, человечество обретет такое могущество! Такую власть над природой!..

— Но зачем же тогда скрывать? — спросил я.

— Вы что, на Луне родились?! — с сожалением посмотрел он на меня. — Не прикидывайтесь дураком, если вы даже считаете, что говорите с сумасшедшим. Это нехорошо и непохоже на вас, — укоризненно посмотрел он на меня из-за своих толстых линз, словно из-за стеклянной стены, и я почувствовал, что краснею. — Вы прекрасно понимаете, что я имею в виду: я боюсь, что это будет использовано во вред человечеству. Ведь любое изобретение люди в первую очередь используют во вред себе — в целях войны. Тем более — в наши дни… Закон случая… Это надо записать… Когда он начинает подминать под себя все остальные законы природы и общества…

Leave a Comment

Ваш адрес email не будет опубликован.

Top