Михаил Чванов

Рассказ «Учитель черчения»

— Вы что, верите в превращение металлов?

— Да, алхимики делали из свинца золото, — спокойно сказал он. — Но это не самоцель. Ибо для них золото не имеет той ценности, в которую возвели его люди… Они делали из свинца золото, да-да! — без улыбки повторил он. — Хотя массового производства, или, говоря современным языком, поточной линии по производству его, не организовали. К неудовольствию тогдашних сильных мира сего, от которых зависела жизнь алхимиков, их работа. Кесари ведь так и не догадались, что алхимики дурачили их.

— Вы сказали, что золото не имеет для них той ценности, в которую возвели его люди… Простите, вы что, считаете, что алхимики существуют и сегодня? — засмеялся я.

— Да, — все так же без улыбки сказал он. — Может быть, несколько человек во всем мире…

Я попытался заметить какой-нибудь подвох в его глазах, но они были серьезны и спокойны, и я помимо воли торопливо отвел свои в сторону.

— Алхимики, если хотите, обладатели древнего, утраченного людьми с потерей нравственности знания, да-да! Почему это случилось, я вам сейчас объяснять не буду. И наши ученые, по сути своей, воровски и как бы с другой стороны открывают крохи этого, давно открытого людям знания. Почему воровски? Потому что у них нет на это нравственного права. Какие представления у нас об алхимиках? — то ли просто повторил, то ли спросил он меня.

Я молчал, не зная, что отвечать.

— Годами сидят в своих душных подвалах и годами повторяют одни и те же операции, — ответил он сам. — Пытаясь превратить свинец в золото. Насчет долгих лет — это, наверно, единственное, что верно. Действительно, всякий алхимик начинает с того, что в течение как минимум полугода готовит и растирает вручную в специальной ступе тончайшую смесь. Затем он все это непрерывно нагревает в тигле, постепенно увеличивая температуру. Опять-таки — не менее как в течение десяти суток. При этом выделяются различные смертельные газы, прежде всего ртутные пары и мышьяковистый водород. Уменьшить температуру — реакция остановится. Чуть увеличь — содержимое взорвется. Сколько алхимиков погибло в начальной стадии опыта от усталости, от неосторожности, а главное — запомните это — от нетерпения. Да-да, от нетерпения. — В глазах его появилась какая-то боль. — Закон случая… Автобус… Ах, да! Оставшиеся в живых растворяют содержимое тигля в кислоте. Обязательно — органического происхождения и обязательно — в поляризованном или отраженном свете. Почему? Да потому, что солнечный луч дрожит во всех направлениях вокруг своей оси и тоже может вызвать взрыв… Затем они выпаривают жидкость и вновь и вновь прокаливают твердый взрывоопасный осадок. Они повторяют эту операцию тысячи и тысячи раз в течение многих лет. Почему? Вы не можете понять… Нет, вы даже не хотите задуматься — почему. И злорадно смеетесь, да-да! Не иначе как сумасшествие — столько лет повторять одно и то же. Но ведь и это еще не все. Это лишь начало опыта, да-да! За этим предстоит еще в сотни раз большее количество операций, в результате которых свинец действительно превращается в золото.

Учитель черчения замолчал и сквозь свои толстые стекла внимательно посмотрел на меня, ожидая моей реакции. Большого труда мне стоило, но я выдержал его взгляд.

— Но золото, о котором алчно мечтали правители и на средства которых работали алхимики, не конечный результат их операций. Это всего лишь одно из промежуточных превращений. Не ради золота все затевалось — вот в чем главное! А ради того, что одновременно с многолетним превращением свинца в золото изменялся и сам человек, да-да! К нему в результате напряженного, чреватого смертью, требующего величайшей осторожности труда приходила священная мудрость, ведь сколько он передумал за это время! Алхимики в своих книгах не зря говорят о священном терпении. Почему? Вы хоть раз задумались над этим? А вот как раз потому, что в итоге многолетних размышлений во время смертельно опасных опытов происходит качественное изменение человека. Иначе говоря, в результате этих изменений он и становится человекам, который теперь получил нравственное право заниматься наукой. Да-да!..

Теперь вы поняли, в чем дело? Суть не в превращении металлов, как многие полагают. Или как это пытается представить официальная наука. Суть дела — в нравственном превращении самого землянина. Ведь этот многолетний и абсурдный, на наш взгляд, труд — лишь подготовка, закалка к будущей научной работе. Да-да! Когда ты научишься быть осторожным и думать о последствиях своего труда. Чем это может грозить тебе и людям. И вот теперь вам, наверное, понятно, почему я безнравственный человек?.. Если хотите, признаюсь… Опять-таки — можете верить или не верить, дело ваше… Я прошел почти половину пути превращения металлов… Но уже на этом пути в силу какой-то случайности мне открылось такое!.. И мне не хватило терпения, присущего настоящим ученым-алхимикам… Мне не хватило мужества промолчать… Может, как раз потому, что я не прошел всего пути. Как в свое время его не хватило многим, в том числе и тем, кого мы теперь называем великими учеными. Но самые великие ученые предпочитали остаться неизвестными, да-да! Так как они понимали и понимают, как опасно давать людям знание, до которого люди нравственно еще не доросли…

Leave a Comment

Ваш адрес email не будет опубликован.

Top