Михаил Чванов

Загадка гибели шхуны «Св. Анна»

Война в Афганистане длилась для Н. Ф. Гаврилова без малого восемь лет — с 1979-го по 1987-й, хотя он вроде бы формально в ней и не участвовал, потому как его летная часть, приписанная к погранвойскам, базировалась на территории Советского Союза, и отсюда в большинстве случаев он вылетал на разведку и наносил удары по базам душманов и прикрывал действия наземных советских частей. Но считалось, что все эти годы он проходил службу на территории Советского Союза.

По законам Великой Отечественной войны летчикам за 100 боевых вылетов на разведку, как и летчикам-штурмовикам, присваивали звание Героя Советского Союза. Николай Федорович Гаврилов в Афганистане осуществил около двух с половиной тысяч (!) боевых вылетов. А вот удостоился только орденов Ленина и «Красной Звезды». Уже,  будучи начальником Управления авиации ФСБ, не раз садился за управление боевого вертолета. Всего один факт. Палаточный лагерь в Чечне неподалеку от Ведено. Под вечер от группы разведки спецназа ВДВ поступил сигнал: выручайте, можем не продержаться… Но как выручать, когда на горы плотным одеялом уже ложился вечерний туман?

Николай Федорович Гаврилов решил вылететь за попавшей в окружение группой сам. Заходя к месту нахождения спецназовцев со стороны соседней вершины, сквозь пелену тумана увидел под собой еле заметную тропу, ведущую в сторону группы. Ничего не оставалось, как посадить вертолет на тропу и полтора километра, как на джипе-внедорожнике, рулить вверх по склону, пока навстречу не выбежали разведчики,

— Кто не убирается вовнутрь, цепляйтесь за колеса, за все, за что сможете уцепиться. Или мы взлетим все, или все останемся здесь…

О высочайшем летном и боевом мастерстве Николая Федоровича Гаврилова говорит факт, что  только с ним предпочитал летать по огненному Кавказу президент В.В.Путин. Со времени присвоения Николаю Федоровичу звания Героя России средняя школа в селе Янгличи Канашского района Чувашии, где он родился, носит его имя.

Эти люди не могли не искать. Эти люди не могли не найти.

Ну а теперь: как у них  родилась идея поиска без вести пропавших членов экспедиции Г. Л. Брусилова, в частности берегового отряда Альбанова? Ведь до них погибших на Земле Франца–Иосифа спутников Альбанова практически никто, кроме группы Ф. Хорошева в 1985 году, не искал и даже не пытался искать. Многие писали статьи, книги, в том числе я, рассуждали, советовали погибшим, как им надо было себя вести, находились люди, которые мазали их дегтем и кое-чем еще, что пахнет похуже, чем деготь, но никто никогда их не пытался искать. Да, сначала была Первая мировая война, потом Гражданская, потом коллективизация, потом снова война с так называемыми белофиннами (кстати, непривычная русскому уху фамилия Александра  Унтила — объясняется тем. что он — этнический финн, его дед попал в советский плен во время этой войны, а вернуться обратно помешало начало Великой Отечественной), потом Великая Отечественная, восстановление разрушенного народного хозяйства… Но были ведь спокойные, даже благополучные годы и даже десятилетия, пока внуки и племянники пламенных революционеров и комиссаров в пыльных шлемах не затеяли новую бучу по уничтожению России. Н опять-таки: писали, рассуждали, но никто не сделал серьезной попытки искать. Да,  мы готовили экспедицию, но пока «запрягали», страна обрушилась в хаос. Осуществил ее достойный ученик Василия Петровича Колошенко Николай Федорович Гаврилов.

Так как же родилась идея поиска? Роману Буйнову, например, попалась в чужом сарае моя потрепанная без переплета книга «Загадка штурмана Альбанова», самое первое, неполное издание —  издательства «Мысль», еще 1981 года. И мне дорого, что он брал ее с собой во все последующие полярные дороги. Но все сходятся в том, что окончательно идею поисковой экспедиции сформулировал Евгений Ферштер в 2005 году во время экспедиции на Землю Франца-Иосифа под руководством Дмитрия Кравченко по поиску яхты «Эйра» экспедиции Ли Смита. Начало было положено установкой памятного креста на мысе Флора острова Нортбрук в честь Альбанова и Конрада. В следующем году Евгений Ферштер будет участвовать в поиске на Новой Земле останков корабля Вильяма Баренца в Ледяной Гавани, в 2008 г. — в исследовании в бухте Каменка останков зимовья П. К. Пахтусова, но идея организации экспедиции по следам спутников В. Альбанова уже не покидала его, он заражал ею все новых и новых людей.

Но сама идея поиска зародилась именно тогда, в 2005 году. Отвечая на мой вопрос, Евгений Ферштер писал мне:  «В 2005 году мы оказались на Земле Франца Иосифа, тогда у нас было две цели, попробовать отыскать остатки судна «Эйра» полярного исследователя Ли Смита и установить памятный крест в честь спасения двух человек из команды шхуна «Св. Анна» экспедиции Георгия Брусилова. Сидя на мысе Флора острова Нордбрук, мы слушали рассказ нашего командира Дмитрия Федоровича Кравченко об удивительном походе шхуны «Св. Анна» по Северному морскому пути, про ее таинственную гибель и про двоих выживших, сумевших совершить невероятный переход по дрейфующему льду, обогнув почти всю Землю Франца Иосифа. Именно на мысе Флора нашли свое спасение единственные выжившие члены команды «Св. Анны» — штурман Валериан Альбанов и матрос Александр Конрад. Мы как будто сами становились участниками тех далеких событий, в Арктике все сохраняется хорошо, и, смотря на маленький, еще крепкий домик, с трудом верилось, что это — то самое место, где Конрад и Альбанов почти сто лет назад провели целый месяц в ожидании чуда, практически без надежды на спасение. Возможно, именно с того места, где мы тогда сидели, они увидели судно, входящее в бухту, и не поверили своим глазам. Судно называлось «Св. великомученик Фока», на котором почти в одно время со «Св. Анной» отправился в Арктику  старший лейтенант флота Георгий Яковлевич Седов — первый российский путешественник, решивший покорить Северный полюс. Но к тому моменту, когда «Св. великомученик Фока» входил в бухту, названную впоследствии его именем, он имел уже жалкий вид. Георгий Седов умер на острове Рудольфа, так и не сумев дойти до полюса, корабль был сильно потрепан, многочисленные переборки и каюты почти полностью разобраны на топливо, команду мучила цинга и другие болезни. Теперь единственной задачей экипажа было добраться домой в Архангельск. На мыс Флора решили зайти для пополнения запасов топлива, здесь в конце XIX века находилось зимовье английского полярника Фредерика Джексона, по всему берегу было разбросано множество разнообразных построек, которые и решила разобрать команда «Св. великомученика Фоки» на топливо. Встреча людей в этом диком краю было полной неожиданностью для членов экспедиции Седова. Пинегин, командовавший кораблем после смерти Седова, так описывает эту встречу: «Мне врезались в память первые слова штурмана Альбанова на судне «Св. великомученик Фока»: «Я штурман парохода «Святая Анна» экспедиции Брусилова, я прошу у вас помощи, у меня осталось четыре человека на мысе Гранта».

Leave a Comment

Ваш адрес email не будет опубликован.

Top