Михаил Чванов

Загадка гибели шхуны «Св. Анна»

После Уфы Андрей Рожков принимал участие в общей сложности более чем в 150 поисково-спасательных операциях. Он участвовало в ликвидации последствий наводнения в Дагестане, землетрясений в Иране и Киргизии, в ликвидации последствий эпизоотии чумы в Тыве, в операциях по доставке гуманитарной помощи в Абхазии, в Таджикистане и, как я уже писал, в осажденные сербские анклавы Боснии и Герцеговины. Там же в Югославии в районе боевых действий искал пропавших российских журналистов. Участвовал в поиске и вызволении тел погибших вертолетчиков из зоны боевых действий в районе реки Кодори (Абхазия). В 1995 году во фронтовом Грозном принимал участие в эвакуации опять-таки под огнем больных и раненых, спасал сокровища музея изобразительных искусств. Вместе с ним был Леонид Радун, в 2010 году участник поисковой полярной экспедиции по следам Валериана Альбанова.

Во время одного из десантирований у него не открылся основной парашют, что-то случилось с запасным. Сложный перелом позвоночника. Семь месяцев в госпитале. Врачи не очень-то верили в то, что Андрей сможет встать на ноги. Из дневника Андрея Рожкова того времени: «О чем можно думать длинными, бессонными ночами, когда приговор врачей обжалованию не подлежит?» И еще: «Жена… Господи, за что же ей такие испытания? Хотя она смирилась с этой участью. Участью воспитывать двоих детей и постоянно бояться каждого звонка…» В госпитале он стал писать сказки для своих детей Маши и Леши: про маленького медвежонка у горной реки, про себя самого, где-то очень далеко от своих детей спасающего других малышей. Перед своими детьми, как и перед женой, чувствовал великую вину, так мало он с ними проводил времени, мотаясь по свету, спасая, в том числе, детей. Это, несомненно, психологически самое тяжелое в работе спасателя, и далеко не каждый способен долго это выдержать…

Андрей Рожков, был талантливым фотохудожником, занял I и III места в фотоконкурсе «Интерфото» в 1996 году. А тут, в госпитале, появилось время. Стали выходить в печати его сказки, очерки. Но новым Николаем Островским он себя не видел. Он смог не только встать на ноги, но и вернуться в отряд, участвовать в сложнейших спасательных операциях, В 1997 году был назван «самым глубоководным спасателем года»

Ему хотелось многое успеть. Может, он чувствовал, что ему отпущено на этом свете не много времени, может, он был более нужен Там? Он часто повторял фразу: «Никогда не спрашивай: по ком звонит колокол? Он звонит и по тебе».

«Наверное, стоило жить проще и спокойнее, — писал один из его друзей. — Работать по своей основной специальности, занимаясь гидромелиорацией. Не летать в вертолете под зенитным огнем, не переходить линию фронта в Абхазии, когда выводил тысячи мирных жителей из блокады. Не карабкаться по обледенелым Саянским склонам в Туве, собирая мерзлые трупы яков, чтобы по весне, когда все оттает, не вспыхнула эпидемия страшной болезни, не десятки часов пробиваться к живым сквозь бетонно-каменные завалы в Армении, Южной Осетии, Каспийске. Не собирать тела погибших после авиакатастрофы на Шпицбергене, не поднимать с глубины в 40 метров тела погибших друзей в Черном море… Но тогда он бы не был Андреем Рожковым. За глаза мы, шутя, звали его «печальным спаниелем». Его всегда, даже когда смеялся, грустные глаза смотрели куда-то туда, за горизонт. Он всегда хотел пройти первым, чтобы облегчить путь другим, испытать все на себе, чтобы не подвергать опасности остальных».

О смысле своей жизни он сказал в стихах:

«Нам, наверно, от Бога дано                                                                                                  Из холодных рук смерти                                                                                        Безвинные души спасать…»

Спасатель международного класса, заместитель командира «Центроспаса» МЧС России, полковник Андрей Николаевич Рожков, один их, кто стоял у истоков Чрезвычайной Службы России, погиб 22 апреля 1998 года при испытании нового спасательного водолазного оборудования при погружении под многометровые дрейфующие льды в районе Северного полюса. Погружение было необходимо для проверки возможностей нового водолазного спасательного оборудования в условиях дрейфующего льда. Место аварии или катастрофы не выбирают, погибших и пострадавших приходится доставать не только из покореженных машин и из-под обломков домов, но и со дна моря, и в том числе из подо льда – Андрею приходилось поднимать со дна моря и тела своих погибших друзей всего полгода назад. Не всегда можно срочно доставить тяжелое водолазное снаряжение к месту беды. В легком водолазном костюме он ушел по дрейфующие льды на глубину 50,8 метров. Это зафиксировал его подводный наручный компьютер. Его еще пытались откачать на льду, четыре часа делали искусственное дыхание, но чуда, которое спасало Андрея не раз, на этот раз не случилось… Кстати, он погиб, испытывая новейшее подводное снаряжение, в свой отпуск. В другое время на это у него не было времени, в другое время он спасал по всему миру людей.

Leave a Comment

Ваш адрес email не будет опубликован.

Top