Михаил Чванов

Загадка гибели шхуны «Св. Анна»

Нужно было видеть, в каких погодных условиях, в густом тумане вертолеты приземлялись на остров Белл, когда пытались найти могилу Нильсена. Летчики спустились на землю с серыми от напряжения лицами, но улыбались.

Командир первого вертолета, он же командир эскадрильи подполковник Сергей Михайлович Кирюшкин, или просто Михалыч. За время службы

облетал весь Север от Певека до Архангельска, работал на полюсе, принимал участие в строительстве новой погранзаставы Нагурское, доставляя первые грузы на внешней подвеске с научно-экспедиционного судна «Михаил Сомов». Участвовал во многих арктических экспедициях, в совместных с МЧС аварийно-спасательных и эвакуационных работах, санитарных рейсах по спасению жизни пограничников и местного населения. Ну и… две командировки на Кавказ. Командир второго вертолета подполковник Николай Петрович Бурлака. После окончания Сызранского военного училища в 1985 году тринадцать лет прослужил на Чукотке, которые до сих пор вспоминает с особым теплом и грустью. В 1987 году, в воскресный день поступил тревожный сигнал с острова Ротманова: нарушение Государственной границы СССР. У прослужившего два неполных года лейтенанта Бурлака был выходной, но по боевой тревоге получил приказ на взлет. На дворе январь месяц, мороз, низовая метель. При подлете к острову Ротманова внезапно отказал главный редуктор. Сорок минут, показавшиеся тогда целой вечностью, летчики летели без масла в двигателях над открытым морем! Но вот наконец в разрывах тумана показалась долгожданная земля с символичным названием мыс Надежды. С трудом дотянули до суши, непростая посадка, все остались живы, но обратно лететь пришлось пассажирами, вертолет восстановлению не подлежал. Если у подполковника Кирюшкина позади была Чечня, то у него — Афганистан.

Поисковая экспедиция 2010-2011 годов по следам береговой группы Валериана Альбанова на архипелаге Земля Франца-Иосифа закончила свою работу. В бухте находок, которую первоначально условно назвали «бухтой«Крест», была установлена мемориальная доска: «На этом месте найдены останки одного из участников  полярной экспедиции 1912-1914 г.г. лейтенанта Г. Л. Брусилова на шхуне «Св. Анна». ФСБ России, клуб «Живая природа». август 2010  г. Охраняется государством». С годом раньше поставленной мемориальной доски в память о вышедшей на Землю Франца-Иосифа группы В. И. Альбанова принципиально было убрано свидетельство о причастности к поисковой экспедиции Русского Географического общества. Не из обиды, что, пообещав помощь, потом от нее отвернулось, а из чувства справедливости: Арктика не терпит лжи.

Экспедиция сделала сенсационные находки, и в то же время пришла к выводу о почти абсолютной бесперспективности дальнейших поисков останков группы Максимова. Маловероятно, но вдруг что-нибудь могут дать после расшифровки найденные в 2011 году страницы дневника.

Кстати, до сих пор не было окончательной ясности, кто же все-таки те двое, кто при подходе к Земле Франца-Иосифа подло  и тайно бежали, забрав самое ценное, в том числе почту, уверенные, что  остальных ждет  верная гибель. Было только предположение, что это были Конрад со Шпаковским. Никому, в том числе мне, не пришло в голову сравнить дневники Конрада и Альбанова. Это мысль пришло Роману Буйнову, когда он ломал голову над страницами найденного дневника, и он с удивлением вычитал у Александра Конрада, что тот оказался на архипелаге  Земля Франца-Иосифа 20 июня, в то время как В. И. Альбанов, согласно его дневника, лишь 25-го. И это при том, что все остальные даты и события в их дневниках полностью совпадают!. Кроме того, в дневнике Конрада нет и упоминания о беглецах. Не упомянул он и о неожиданной встрече с беглецами на Земле Александры. И еще: с 20 по 25 июня 1914 года в дневнике В. И. Альбанова упоминаются почти все участники, покинувшие вместе с ним судно, кроме Конрада и Шпаковского.

Выяснить, чьи же все-таки останки были найдены на о. Земля Георга, может только целый комплекс мероприятий: поиски в архивах, попытка узнать, кто из четырех в апреле родился, поиск родственников. В случае находки родственников  это развязало бы руки профессору Звягину. Его участие в экспедиции 2011 года, общение с ним обогатило участников экспедиции. Из письма Александра Унтила:

«Все прониклись уважением к этому умнейшему и порядочному во всех отношениях человеку. В 71 год он поехал на край земли, участвовал в жизни лагеря наравне со всеми, таскал ящики, ворочал камни на месте находок, по вечерам, несмотря на усталость, по нашей просьбе рассказывал о своей работе. По окончании экспедиции перед отлетом все свободные от дежурства пограничники собрались в актовом зале заставы, и он прочитал им лекцию о том, как работал с останками царской семьи, воссоздавал скульптурные портреты по черепам. Мало того, что Виктор Николаевич читал четыре часа вместо запланированного часа, так потом, когда он уже ушел к себе в комнату, к профессору началось настоящее паломничество. Спрашивали, уточняли детали и не давали покоя до самого отлета. Он никому не отказывал, всем все подробно объяснял.

Leave a Comment

Ваш адрес email не будет опубликован.

Top