Михаил Чванов

Загадка гибели шхуны «Св. Анна»

После долгих поисков с волнением вскрывал я письмо из Астрахани от дочери Александра Эдуардовича Конрада — Тамары Александровны Колесник. Мне помогли отыскать ее сотрудники Астраханского областного адресного бюро. Тамара Александровна писала:

«Боюсь, что мало чем смогу вам помочь. Про Валериана Ивановича Альбанова я знаю только по рассказам отца, я родилась в 1923 году. По его словам, это был человек огромной силы воли, чуткий к своим друзьям, энергичный, смелый, с обостренным чувством справедливости. Папа говорил, что таких людей он больше не встречал в своей жизни, что равных ему нет, и вряд ли будут.

Валериан Иванович бывал у нас дома, они с папой были очень большими друзьями. Папа родился в 1890 году в Риге, он хорошо знал немецкий и английский языки, страшно любил море. Он не представлял жизни без моря. Это, прежде всего, их, видимо, и сдружило, а потом и та ужасная дорога. Они потому и выжили, что сильнее других были духом. Папа плавал всю свою жизнь, более тридцати лет в советское время — механиком на судах Совторгфлота. Он был очень уважаемый человек, и его портрет всегда был на Доске почета.

В 1940 году летом папа заболел плевритом и, проболев полтора месяца, умер, не дожив до своего шестидесятилетнего юбилея всего месяц. Похоронен на Смоленском кладбище. Хоронил его весь Совторгфлот. За два-три дня до смерти его к нам пришли из Музея Арктики и просили подробнее рассказать об Альбанове, но папа уже не мог говорить и часто терял сознание. Тогда они попросили, чтобы мы отдали его вещи в музей. Мама отдал дневник, который папа вел, и все фотографии Альбанова, которые у нас были.

Когда я бываю в Ленинграде, то обязательно захожу в музей и вижу портрет Альбанова, а рядом — портрет папы, а под стеклом — его дневник. Незадолго до смерти отца именно я под его диктовку переписала его полярный дневник, который сейчас хранятся в музее Арктики и Антарктики. Сам же дневник остался в отобранной квартире и, вероятнее всего, сгорел в  «буржуйке» блокадного Ленинграда.

Если будут какие-нибудь вопросы, пишите. Постараюсь ответить».

Я тут же, авиапочтой, среди других вопросов задал Тамаре Александровне не дающий мне покоя вопрос: «Была ли семья у Альбанова? Был ли женат во время той трагической экспедиции Александр Эдуардович?» Это было для меня очень важно. Это многое говорило об их характерах. Какими они уходили в эту жестокую дорогу?

Тамара Александровна ответила: «Альбанов был женат, но детей, насколько я знаю, у них не было. Отец женился в 1910 году, мой брат родился в октябре 1912 года (он погиб в 1942 году в Великую Отечественную войну), мама умерла в блокадном Ленинграде…».

Теперь становится еще более очевидной зыбкость версии Северина и Чачко. Впрочем, Тамара Александровна могла и ошибиться, спутать с возможной более поздней женитьбой, уже после возвращения со «Св. Анны». К тому же то, что Альбанов был женат, нисколько не помешало бы Ерминии Александровне Жданко полюбить его. Если это все-таки так, тогда даже понятнее, почему она не сказала ему о своем чувстве, а только при прощании отдала письмо.

А Конрад! Можно представить, как он любил море, если уходил в такое плавание, ожидая своего первенца. Он увидел его, когда тому исполнилось уже два года…

«Знаете, отцу ведь, в отличие от Альбанова, в отличие от всех на «Св. Анне», все-таки удалось совершить сквозное плавание по Северному морскому пути на восток, что было целью экспедиции Брусилова, — заканчивала свое письмо Тамара Александровна. — В 1939 году в должности машиниста земснаряда «Зея» он участвовал в перегонке каравана землечерпалок из Архангельска на Дальний Восток».

Не просто сложилась судьба семьи. Александра Конрада. А 1943 году по ложному доносу управдома (видимо, кому-то, а может, ему самому нужно было увеличить жилплощадь) его жена, Елена Александровна и дочь Тамара были арестованы НКВД. Елена Александровна умерла еще в ленинградской пересылке, а Тамара Эдуардовна  вышла на свободу только через десять лет, после реабилитации переехала в Астрахань.

Что к этому времени удалось узнать нового о В. И. Альбанове, о его жизни после возвращения со «Св. Анны»?..

В первый же день В. И. Альбанов телеграммой, как мы уже знаем, на деньги Кушакова, сообщил родственникам Г. Л. Брусилова, что он отправил большой пакет в Главное гидрографическое управление, который вручил ему Георгий Львович, когда он с его согласия уходил со «Св. Анны».

В пакете оказались рапорт Г. Л. Брусилова и написанные рукой Е. А. Жданко копии судового журнала «Св. Анны» и таблиц метеорологических наблюдений и измерений глубины. Эти материалы — они хранятся ныне в Музее Арийки и Антарктики в Петербурге — были сразу же опубликованы в «Записках по гидрографии» (1914, том № 38) с объяснением Альбанова о причинах его ухода с дрейфующего судна.

Leave a Comment

Ваш адрес email не будет опубликован.

Top