Михаил Чванов

Загадка гибели шхуны «Св. Анна»

Вскоре я получил ответ на мой запрос в Государственный архив Красноярского края: «В документальных материалах архивного фонда Красноярского Совета имеется письмо губернского исполкома в военный отдел от 18 мая 1918 года следующего содержания: «Исполнительный комитет предлагает Вам предъявителю сего Альбанову В. И., моряку военного флота, для нужд Гидрографической.экспедиции выдать паровой котел и машину во временное пользование».

Других сведений о полярном исследователе В. И. Альбанове не обнаружено. Обнаружены сведения о его сестре, Альбановой Варваре Ивановне, которая работала старшей воспитательницей в Доме матери и ребенка г. Красноярска».

Как много важных сведений в этом коротком с виду ответе!

Прежде всего, становится известно, что в Красноярск он переехал не один, а забрал с собой, по крайней мере, младшую сестру. Будучи сиротой, она посвятила свою жизнь другим сиротам.

Жива ли она? Живы ли ее родственники? Что стало с женой Валериана Ивановича Альбанова, если он, конечно, был женат? К сожалению, письмо из Красноярского архива на эти вопросы не давало ответа. Нужно опять ждать. Надо же, в Красноярске я был несколько раз, — правда, пролетом на Камчатку или Чукотку,— если бы знать раньше!

Но в письме из Красноярского архива был другой крайне важный ответ: получается, что В. И. Альбанов вольно или невольно принял советскую власть, раз он в документе называйся «моряком военною флота» и котел паровой ему выдается по приказу исполнительного комитета Красноярского совета.

К письму из архива была приписка: «Одновременно рекомендуем обратиться в Иркутск к Яцковскому Алексею Иосифовичу, который занимается изучением жизни и деятельности Альбанова».

Алексей Иосифович Яцковский? Почему-то мне была знакома эта фамилия. Откуда она мне знакома? Я долго ломал над этим голову, но так и не мог вспомнить. Возвращаясь в очередной раз с вулканов Камчатки, при посадке в Иркутске я пытался дозвониться до Алексея Иосифовича, но выяснилось, что он в отъезде — то ли в Москве, то ли в Ленинграде, будет дома только глубокой осенью, и опять я думал: откуда мне так знакома его фамилия?

А потом, как это всегда бывает, неожиданно вспомнил: да ведь наши пути уже пересекались, ведь это он в свое время с группой альпинистов смог покорить на Камчатке до тех пор неприступный, забитый льдом кратер Кроноцкого вулкана. (Летом 1968 года мне пришлось брести вдоль берега в то время еще совершенно безлюдного Кроноцкого озера к геологобазе, по некоторым сведениям находящейся в том месте, где река Кронока вырывается из Кроноцккого озера, мимо подножья тогда еще не проснувшегося Кроноцкого вулкана, порой по пояс в ледяной воде из-за непроходимого прибрежного стланика, шатаясь от многодневного голода и галлюцинаций, — от заброшенной несколько лет до того, чего мы не знали, в его северо-восточной оконечности метеостанции, на которой мы надеялись поживиться провизией или даже попутной оказией в виде катера или даже вертолета).

И я с нетерпением ждал письма от Алексея Иосифовича. Я был уверен, что он знает о Валериане Ивановиче Альбанове, о его близких то, чего не знаю я.

Но, увы — его ответ (Алексей Иосифович в последние годы перед пенсией работал старшим инженером лаборатории ионосферных исследований Сибирского института земного магнетизма, ионосферы и распространения радиоволн АН СССР) был неутешителен:

«Да, Варвара Ивановна Альбанова в течение пятидесяти лет безвыездно жила в Красноярске — жила очень скромно, даже чрезмерно скромно, довольствуясь малоденежной работой по линии детских учреждений. Умерла в 1969 году (надо же — я был в Красноярске летом 1968 года! В промежутке между самолетами целые сутки бесцельно мотался по городу! – М. Ч.). Я видел дом, в одной из комнаток которого одиноко, не будучи замужем, она жила. Я видел кое-что из ее вещей, которые «расползлись» по соседским рукам. В частности, видел небольшой сундучок, который, как мне рассказывали сослуживицы Альбановой, был привезен еще из Петрограда около 1918 года, когда Валериан Иванович привез на Енисей свою мать и двух сестер. По рассказам, вторая сестра умерла в 1919 году от тифа, мать — в начале тридцатых годов (имена неизвестны). Содержимое этого сундучка, как хлам, выбросили или сожгли. Есть предположение, что среди бумаг, которые находились в заветном сундучке Варвары Ивановны, было кое-что и весьма интересное, возможно, некоторые бумаги или даже дневники Валериана Ивановича. Впрочем, тут нужна оговорка: по рассказам сослуживицы Варвары Ивановны, которая с ней была особенно дружна, кто-то когда-то взял у Варвары Ивановны какие-то ценные бумаги, что-то пообещал, — она не помнит, кто, что, когда, — но так и не выполнил своего обещания. Возможно, что это был В. Визе или Н. Болотников…»

Вскоре я получил от Алексея Иосифовича еще одно письмо: «Что касается обстоятельств смерти Альбанова, то это и сейчас остается загадкой. Думаю, что наиболее вероятна «смесь» сразу двух версий, сразу двух причин: уже, будучи болен, погиб при крушении поезда, возвращаясь из служебной командировки из Омска в Красноярск. Как рассказывала уже помянутая сослуживица Варвары Ивановны, Валериан Иванович будто бы даже поехал в эту командировку (вероятно, с отчетом о гидрографических изысканиях в низовьях Енисея), уже, будучи больным. Причина та же — тиф… В общем, туман пока не рассеялся. Ясно одно: погиб где-то под Ачинском в 1919 году.

Leave a Comment

Ваш адрес email не будет опубликован.

Top