Михаил Чванов

Загадка гибели шхуны «Св. Анна»

Вопрос: Куда же, по Вашему мнению, могла деться эта рукопись?

Ответ: Может, конечно, она сдала ее в музей, но вряд ли, так как уже плохо ходила и больше лежала. А если не сдала в музей, то только одна причина — кто-то у нее взял, или накануне смерти или сразу же после смерти. А взять могли только соседи по квартире, к которым перешли все ее скудные пожитки. Более всего я предполагаю, что могла рукопись взять ее соседка Андер Анна Лаврентьевна, которая ей помогала, но всегда с выгодой для себя. А когда нам в Дом младенца сообщили, что Варвара Ивановна умерла, спустя несколько часов приехали для организации похорон, то Андер А. Л. не отрицала, что вот, дескать, денег только 80 рублей у Альбановой нашлось. Значит, она первая после смерти Варвары Ивановны осмотрела все се «богатство» и взяла эти 80 рублей, но не отдача нам на похороны, сказав, что сделает плиту на могилке, да так и не сделала. Хоронили на сборы Дома младенцев. Эта Андер А. Л., хотя и работала санитаркой в нашем же Доме младенца, но была грамотная и знала, что Варвара Ивановна очень дорожила этой рукописью. Она сейчас на пенсии, живет где-то в красноярских «Черемушках» — и дети у нее грамотные, специалисты, работают где-то на Севере.

В 1974 году с приехавшим из Иркутска краеведом Яцковским А. И. мы вместе три раза ездили к Андер А. Л. насчет рукописи, она нас избегала, а когда не удалось, решительно заявила, что не брала. Но если кто взял, то кроме нее — некому, так как другие соседи — старушка, которая присматривала за Варварой Ивановной, и супруги-пенсионеры, взявшие пустой сундучок, когда очищали комнату Альбановой, ничего не знали о ценности рукописи и были далеко от того, чтобы интересоваться такими вещами…»

Они-то могли и выбросить, подумал я. Я уже знал такие примеры.

«Вопрос: Повторите, пожалуйста, какой вид имела рукопись?

Ответ: Большого формата, в 1/4 газетного листа, на плотной бумаге, с мягким, но прочным переплетом. На оборотах страниц много подклеенных рисунков, больше рисованных карандашом. Она была в хорошем состоянии. Сразу видно, что не ветхая макулатура, а что-то нужное. Не могли выбросить даже незнакомые люди. В ней описывалось его путешествие, но карта была рукописная, удобно складывалась в 4 сгиба…»

В сопроводительном письме, отправленном через 10 дней уже из Хатанги. Владилен Александрович добавлял:

«Я послал Вам протокольную запись беседы с Н. Г. Ивановой, той самой, с которой в 1974 году Яцковский беседовал и пытался найти «бумаги», оставшиеся в сундучке. Но то ли он не поверил Ивановой, то ли не точно выспросил — что за бумаги остались, и в письме к Вам не упомянул, видимо, что сохранялась до самой смерти Варвары Ивановны «рукопись», но я думаю, что это был корректурный экземпляр его книги, может, даже типографский с наклеенными рисунками, хотя Иванова упорно твердит, что «буквы были какие-то не типографские».

О Ивановой Н. Г. Несмотря на 71 год, подвижная, в твердой памяти, живет одна, муж умер за год до Альбановой, живет на пенсии, в видном достатке, дочь с детьми отдельно, в другом районе Красноярска. Обещала она, прочитав Вашу «Загадку штурмана Альбанова», библиотечный экземпляр который ей оставила Баженова Т. И., постараться вспомнить еще что-либо и все сообщить Баженовой. Было бы очень хорошо, если бы Вы послали Ивановой «Потерянные во льдах» уфимского издания и попросили сравнить с тем, что она читала в рукописи, бравшейся 4 раза у Варвары Ивановны. Она на вопросы полно отвечает, но не могли мы с Баженовой за 3 часа, пока сидели у нее, пили чай с принесенным нами тортом, выспросить все, и помянули бутылкой красного сухого вина брата с сестрой Альбановых, Варвара Ивановна похоронена в нескольких метрах от могилы мужа Ивановой, и она ходит к двоим.

О Баженовой Татьяне Ильиничне. Заведующая читальным залом Красноярского госархива. Это ей Вы обязаны получением сообщения о том, что военный моряк Альбанов получил паровой котел. А обнаружила его Татьяна Ильинична совершенно случайно: листала архивное дело, и по другой теме совсем, но вдруг мелькнула фамилия, знакомая ей по литературе да по недавно полученному письму из уфимской школы № 11. А целенаправленных поисков в архиве не производилось. Правда, мы с Татьяной Ильиничной нашли список сотрудников Дома младенца за 1923 год, в котором упомянуто: «Варвара Ивановна Альбанова, 1898 г. рожд., родилась в Петербурге, окончила там женскую гимназию, сестра-воспитатель». Загадка: еще в 1905 году Валериан Иванович познакомился в Красноярске с купеческой дочерью, будущей невестой, к которой, по мнению Варвары Ивановны, он привез их из Петрограда в 1918 году? Либо невеста завелась уже в 1918— 1919 годах, а Варвара Ивановна считала, что ради невесты он выбрал именно Красноярск?

Leave a Comment

Ваш адрес email не будет опубликован.

Top