Михаил Чванов

Повесть А ВСЕ ЖЕ ЗАЧЕМ МЫ ЛЕЗЕМ В ГОРЫ

А ну к черту эти дурацкие мысли! Я же приехал в «Рио-де-Жанейро». Полежу еще с полчасика, и надо посмотреть город. Ведь ни разу толком я не был в нем. Все проездом да пролетом. А завтра… Что я буду делать завтра?..

И вдруг почти рядом с собой он увидел вчерашнюю женщину из ресторана в сопровождении высокого мужчины с красивой сединой на висках, который еще рассказывал о Хергиани. Она шла между рядов лежаков, выискивая свободное место, мужчина нес за ней лежак. Точно, он волочится за ней. А может, муж? Нет! Муж, даже очень любящий муж, ухаживал бы не так.

Слесарев торопливо закрыл лицо газетой. Они остановились невдалеке от него, постояли, высматривая свободное место, пошли дальше.

«И тут спокойно не отдохнешь»,— недовольно подумал Слесарев. В отличие от вчера (строгое темное платье и прочее) одета она была в легкий ситцевый сарафан и казалась от этого еще стройнее и моложе… «Еще раз скупнусь, и надо будет уматывать отсюда. Позже ни в какую столовую не попадешь…»

А все-таки как мир тесен… Этот человек встречал Мишу Хергиани, Сережу Полякова…

Еще раз оглянувшись, нет ли их поблизости, Слесарев пошел к морю, с удовольствием и долго, почти до изнеможения, качался на небольшой волне. Потом смотрел на водных лыжников и совсем забыл про женщину и мужчину, которые чуть было не испортили ему настроение, и думал, что хорошо он все-таки поступил, что сорвался сюда.

Ну а теперь пора куда-нибудь перекусить, а потом посмотреть на город. Слесарев медленно, со стуком в висках, выходил из воды. Остановился на кромке прибоя.

— Здравствуйте! — сказал кто-то кому-то совсем рядом.

Слесарев ловил ногой с шумом приносимую и уносимую волной гальку.

— Здравствуйте!— снова повторил совсем рядом тот же голос.

Слесарев поднял голову.

Перед ним стояла вся в капельках воды — только что вышла из моря — та женщина и улыбалась.

«Фу, черт!» — ругнулся про себя Слесарев.

— Здравствуйте! — сказал он.

— А я… А мы решили, что вы уже давно уехали.

— Нет. У меня еще два свободных дня.

Они пошли между рядов лежаков. Слесарев старался, чтобы она шла впереди, он не любил, когда ему смотрят в спину.

— Я вот здесь устроилась, — остановилась она.

— А я немного подальше,— Слесарев замялся, он не знал, что делать, продолжать ли разговор или уходить к своему лежаку. Уходить, прервав разговор, да еще не попрощавшись, вроде бы неучтиво. Попрощаться — так он еще не уходит с пляжа, тем более что ее лежак недалеко от него. А продолжать разговор — он не знал о чем.

— Вы еще не уходите с пляжа?— спросила она.

— Немного еще погреюсь.

— Если хотите, перебирайтесь поближе. Одному, наверное, скучно?

— А куда же пропал ваш спутник? — улыбнулся Слесарев.

Она удивленно, прикрывшись ладонью от солнца, посмотрела на него, засмеялась:

— Так вы видели, когда мы пришли?

— Да. Вы прошли рядом со мной.

— Что же вы не окликнули? Георгий Иванович жалел, что вы так торопливо ушли вчера. Он решил, что вчера был вам не очень приятен, что не вы нам, как вы вчера выразились, а мы вам испортили вечер.

— Нет, это не так,— сказал Слесарев, все еще не зная, как поступить: уходить или оставаться.

— Я не неволю вас, — снова засмеялась она.— Как хотите. Просто я подумала, что и вам здесь одному скучно… Впрочем, как мне вчера показалось, вас даже тяготит такое общество, как наше.

— Ну что вы!

Слесарев пошел к своему лежаку, с минуту еще колебался, потом решительно сгрудил под мышку вещи, в другую прихватил лежак.

— А вот и я,— нарочито весело сказал он.

— Не силком я вас притащила? Так вы не деликатничайте со мной.

— Нет, не силком,— улыбнулся он.

Некоторое время оба неловко молчали. Слесарев не знал, о чем говорить с ней.

— Максимов, это который кинооператор, невысокий,— сказала она,— вчера очень много рассказывал о вас.

— Да?— Слесареву опять стало неловко. Он думал о том, что же мог рассказать о нем этот Максимов. Где-то ведь видел он его, этого Максимова. Скорее всего, в Крыму, на соревнованиях по скалолазанию. Там крутились киношники. Или на Клухорском перевале, когда на нем нашли останки наших солдат, погибших в сорок втором? Там где-то, до сих пор не найденный, может быть, лежит без вести пропавший летом сорок второго во время немецкого наступления на Кавказ его отец. Немцы были остановлены в тридцати километрах от этого пляжа… Нет, на Клухорском перевале этого киношника он не встречал, он хорошо помнит всех кинооператоров, которые были с ним на Клухорском. Наверное, все-таки в Крыму…

Leave a Comment

Ваш e-mail не будет опубликован.

Top